Альманах
«Огонь» 6-1
(18) — 11 часть
Поскрёбыши
или Народные Учителя
6-1
(18) — 11 часть
Потемнело
Небо, закрыли Тучи Луну, но подул сильный
Северный Ветер и Надежда успела бросить
свой последний Блик в самый дальний
Угол Конюшни. Он, как Звёздочка, вспыхнул
на Лбу Огненной Кобылы, и осветил Голову,
несущую в себе последнюю Божественную
Материнскую Мысль.
Осушив
Чащу до Дна, слизнув языком остатки,
На-Дичка даже не моргнув глазом, сказала:
да ну вас! что вы так переживаете? я их
всех Спасу и Веру тоже, а Любовь сама
придёт ко мне, чтобы встретиться с
Надеждой.
Когда
её открыли, то Зрячие ослепли от её
яркого вида — это был последний Взгляд
на Правду открытыми глазами. Она пылала,
как Огонь, Глаза сверкали, как горящие
Угли, от неё исходил Жар, как от натопленной
печи в бани, Хвост её горел Правдой,
искрился и поднимался в Небо, Огненная
Грива покрывала её Красное Тело и
касалась босых ног, как не подкованных
копыт.
Оставьте
меня одну напоследок: сказала
Надежда-На-дичка, её снова закрыли.
Когда
вышел Вселенский Последок, то Калитка
сама упала с петель и на её Месте появилось
то, что заставило задуматься над тем,
что не спим ли мы уже? Все застыли от
увиденного, как Мёртвые. Огненный Хвост
валялся на Земле, Огненная Грива,
заплетённая в Косу, лежала на Полу, в
Конюшне стояла бесхвостое, Нагое Нечто,
с Красной повязкой на лысой Голове, в
Овечьей шкуре на выгнутой спине, в Козьих
штанах на голом Заднем месте, в Свинячьих
кирзовых сапогах на босу ногу. Все
поняли, что настал последний момент и
не сдвинулись с места.
Пришло
Время, Низость Мышления заплывало в
Конюшню и никто нечему уже не сопротивлялся,
не вёл с ней войну, не сбрасывал со
ступеней, не выкидывал за порог, не
спускал с лестниц.
В
начале эта Мразь просочилась в Ограду,
как сладкая медовуха, за ней, как Чёрт,
заскочила любопытство, попробовать,
что загадасть такая, пол-литра-сунь,
(тарасун, тара-сун).
Засунув
эту вонь в Щель Дверей, Черти, уже
рождённые от закисших в Моче Мозгов, и
перепрыгивающие из Землянки в Землянку
по тёплым к ним отношениям, стали накалять
Страсти, подбрасывая Петуха, горящего
в Агонии из-за Алкого́льной
дели́рии,
после который он не хотел ни с кем
делиться, сжирал всё сам, только, чтобы
никому не досталось. Этот Придурок (ещё
не Дурак), залезал на Забор и орал во всю
глотку, не давая проспаться, как оглашенный
(потом его назовут Глашатым, Глашатаем,
Трубадуром, Информатором и СМИ), о вреде
Белой Горячки. Стуча своим Клювом в
колокол, он поднимал, как на пожар, тех,
кто ещё мог видеть, не ослеп от Жёлтой
Мочи, и гнал их на работу. И это было
началом скрытой рекламы, как Чёрный
пиар. Черти, которые уже не сидели
спокойно в Мутной Водице, сложа свои
грязные лапы на Дне Жизни, ухватились
ими за этот Рекламный Звук и привязались
к Родовой Ниточке, что, как Палку, в их
Болото бросил Балда, который балдел,
мучился от безделья, купаясь в Лени, как
Свинья в Навозе. Кто не знал, что есть
Борда, от которой можно балдеть — узнавал
из святых мест и хотел попробовать.
Реклама стала приносить свои плоды: из
Темноты, Бабы с фонарями под глазами,
потянулись вереницей к Попу, как к
родному Папе, таща за собой своих Чад,
как Чертей, дорожащих от страха и
по-черневших от Горя, а Мужики стали не
вылазить из бани и реже шататься по
Темноте, как Покойники, пугая детей и
баб своим Сине-Зелёным видом, после
встрече с Зелёным Змеем.
Породнившись
со Свинарником, Черти, как Сволочи,
начали вылазить из Тёмных Мест. Они, как
навозные Жуки, высовывали свои Чёртовы
Рожки в Святых Местах; строили Дьявольские
Рожи Попу и показывали ему, как Папе
всех Народов Земли, свой поганый Язык,
который не мог без мата связать двух
слов.
Поп,
как Папа, уже тащил на своём Горбу Балду,
оголяя свою Попу, в своём Роде, пытаясь,
за счёт высочайших собственных средств,
всего Племени, поставить его на ноги в
рабочем коллективе и вывести в Люди,
усадив за школьную парту. Он непрерывно
убеждал, показывая на Прут, Бич и Кнут,
беря Вожжи в руки, что общение с Зелёным
Змеем, не даст Балде подняться на высокий
Уровень Мышления и оставит его в Прошлом,
как Свинью в Грязных Помыслах, которыми
невозможно выстроить Светлое Будущее
для своих Детей, а значит, и самому не
выйти из Темноты Чёрного Рабства.
Папа
вылавливал, порождённых Балдой, Гадов,
и, намотав их поганые Языки на свой
Кулак, вырывал их из глотки вместе с
мелкой ползучей Душонкой, а потом
выкидывал всю эту Дрянь за Забор, как
Сорняк. Он запирал остатки этой Гарости
в Темницу и доходчиво объяснял, что,
если они снова поползут по Земле, как
Гадёныши, то им уже не век Свободы не
ведать, а Вечность, которая не жалеет
Моральных и Нравственных Уродов, точно
так же, как и Государство, если не
работаешь, значит, и не ешь. Оно не Папа
и не Мама, а Воспитатель тех Недорослей,
которые ещё не доросли до Правды, и
которые горят от Стыда за свою Жизнь,
на Свету Истины, как Мотыльки у
электрической лампочки Ильича.
Вместо
благодарности Поп получал по своим
Мозгам Удар, как Щелчок Кнутом, по Заднему
Месту, видя на своём Хвосте непослушных
Детей, протягивающих свои Материнские
Мыслишки к Чертям Собачьим, которые тут
же кусали их, как Собаки, впивались в
них, как Болотные Пиявки, и пили их
Светлейшую Родовую Кровь, как Вампиры.
Раненая Душа смешивалась с Темнотой,
бурлящей, как Грязь Мышления, и на Белый
Свет появлялось «Нечто серенькое»,
безрогое, незаметное, среднее между
Попом и Чёртом, весящее на Шее у Балды
и, как Бесёнок, скачущее вокруг Лоханки
с Помоями, цепляя на свой высунутый Язык
всё, что должно было жечь его Стыдом, но
оно не жгло. То место, в котором должна
гореть Совесть, уже было полу-пустым, и
только Дьявольская Горечь, слетала с
языка Дьяволёнка и заливала глаза Папы
слезами, топила его в Горе, которое, как
Огонь Страстей, вылезало из-под Забора.
Оно текло по Щелям Ограды и заплывало
во Дворы, подтекая к Крыльцу Семейных
Очагов, выискивая там тёплые места,
нагретые теми останками, которые,
остались, как Корешки, от выброшенных
за Забор Сорняков. Отщепенцы, не
укоренившиеся на Чужбине, снова лезли
к своим Корням и искали Почву для
размножения. Это Моральное и Нравственное
Уродство свободно входила в Избы тех,
кто смотрел в её сторону с сожалением.
Горе, до этого не появлявшееся в Чистых
Избах, двигалось к Порогу и подбрасывало
Горечи, перед собой на ступеньки Крыльца,
обливая их сплетнями, пересудами, как
блевотиной и помоями. Оно заваливало
своей Чертовщиной и Бесовщиной Чистый
Вход в Семью, обливала его Двери
Информационной Грязью, как дёгтем.
Именно
по Горю, как Горелка, потекла подогретая
Горечь из шайки-лейки.
Горя
становилось так много, что, чтобы залить
его, надо было остаться без штанов, а до
этого ещё не дошло, но дошло до бани, где
уже не зачинали и не рожали Детей, а
отмывали от них Информационную Грязь,
выпаривали похмелье, выгоняли прутами
пьяную дурь, как Бесов. Бесы, очухавшись,
после банной порки прутами, почувствовавшие
лёгкость и радость в своих Пустых
Головёнках, побагровевшие от Злости,
Красные от Стыда, как Дьяволята, ползли
туда, где можно было спрятать свою
опухшую Свинячью Морду и высунуть свой
грязный Пятачок в себе подобном месте,
где его не стыдно было показать. Они
возвращались на тот Уровне Мышления,
куда скатились, во время разгула
Бесовщины. Если на этом Уровне Поросёнок
принимался к Шайке, то появлялась
Бесовское веселье. Из этой Шайки и пошла
та радость, которая стала вынуждать
искать в Пустых Котелках Мыслишку не
только сообразить на троих, но и быть
не зависимым от них, а радость перенести
в свой Свинарник, чтобы хоть как-то
загасить то Горе, которое, как Агония,
поглощала Семью, оставшуюся не только
без штанов, но и Избы превратились в
Землянку, за которую надо было батрачить,
как Робам, привязанным к Земле своим
собственным Желудком и всем Будущим
Поколением.
Соображалка
работала по-старинке, только в Бане, и
там же, после Бани, был найден выход, в
Щели Дверей, куда заползла больная,
после перепоя, уродливая Мыслишка, как
Белая Горячка. Она стала видеть в Детях
Чертей, Бесов, Дьявольских Выродков, и
вонять на них теми газами, которые
выходили из её поганой пасти, несущей
со Дна Жизни Матерную речь, в которой
она выросла на Дне Жизни, как всеми
проклятая, прокажённая Материнская
Мыслишка, бросившая своих Чад на произвол
судьбы или вовсе отказавшаяся их рожать
по своей воли, сменив ориентацию от
жизни к мучениям и смерти в Аду (см. в
сегодняшние дни: они сплошь и рядом, как
навозные черви, копошатся в Жизни вместе
с вами, матеря друг друга, подовая пример
вашим детям и даже массово затягивают
их на свой Уровень Мышления, с которого
можно вернуться только через поколение,
пройдя все ужасы Ада. Информационная
Волна, в земном пространстве, принимает
к себе новою Материнскую Мысль того
Качества Мышления, из которого она ушла
из Жизни, как Душа, поэтому перед смертью
причащались, смотри об этом подробно в
А.Д.Камень).
Эта
Мразь стала шипеть на Детей в Банях, как
закисающая лоханка с бардой; неожиданно
взрываться на них, как прокараулиная
бочка с бражкой; она охладевала к ним,
как бродячая жидкость, поставленная на
Лёд; она разогревалась до красна, как
Печь, на которой стоял Бочонок, гнавший
из себя горячую смесь; у неё начинали
блестеть глаза, когда из трубочки капала
мутная водичка, издающая затхлость Дна
Жизни; она начинала радоваться, когда
протянутый язык к горючей струйке,
втекал в её пасть, как Огненный Змей,
давая привкус Белой Горячки. Так в Банях
на Белый Свет, вместе с Белой Горячкой,
появился Самогон. Он занял место, где,
Люди переставали зачинать и рожать
детей и начинали превращаться в Свиньи.
Они уже не могли отскребать и отмывать
ту Информационную Грязь, которую
приносили их Чада за собой, после
выгуливания. Видя в них полное
несоответствие со своим Будущим, Свиньи
выкидывали своих Поросят из Бани,
грязных, как Чертей, не занимаясь их
воспитанием, а затем изгоняли оттуда
их Дух. Когда начали гнать самогон, то
кричали: убирайся от сель, чтобы Духу
здесь твоего не было.
Но
этот Дух так долго там находился, с
самого рождения всей Родовой Нити, что
совсем от туда убраться уже не мог,
потому как, он был привязан в этот момент
Кровью, а значит, и Душой, к тому, кто
гнал самогон.
Продолжение
6-1 (18) 12 часть
Опубликовано
в Интернете с 23.06.15 - (читать с первой
страницы, как обычно)
18
(6 книга
- Поскрёбыши или Народные Учителя)
Альманах
«ОГОНЬ» - 17 МАРИЯ
ТРУБИНА — А.Д.КАМЕНЬ.
Шестая
компьютерная книга (электронная) издана
в 17 альманахе «Огонь» под заголовком
«МАРИЯ ТРУБИНА — А.Д.КАМЕНЬ»
(Начало
в альманахах с 1 по 12 — у них нет
компьютерного варианта, но отдельная
информация из них взята; с 13 альманаха
начинается компьютерная версия книг
А.Д.Камень)
6
— номер книги;
1
— глава книги;
(18)
— номер альманаха «Огонь»
Все
информационные материалы на страницах
в Интернете и в других информационных
сетях, изданиях под именем МАРИЯ ТРУБИНА
- А.Д.КАМЕНЬ, разрешается использовать
всем с целью познания и с целью финансовой
выгоды (издавать, продавать лично) только
в том случае, если к ним не будет каких
либо исправлений, обсуждений и публичных
комментарий (в изданиях, в сетях массовой
информации) и с обязательной ссылкой:
"ПОЗНАНИЯ
А.Д.КАМЕНЬ"
trubamariani.blogspot.de/
